Новости
Подписка
Библиотека
Новые книги
Карта сайта
Ссылки
О проекте

Пользовательского поиска






предыдущая главасодержаниеследующая глава

Паук ткет свою паутину

Слух об экспедиции Магеллана скоро достиг королевских ушей Мануэла. Вот когда он пожалел, что выпустил из своих рук этого моряка! Теперь он дорого бы дал, чтобы задержать его, не дать ему возможности осуществить свой излюбленный план.

И вот Альвариш да Коста, посланник Португалии при испанском дворе, стоит перед троном Карла и ведет такую речь:

- Мой король, светлейший дон Мануэл, просил предупредить ваше величество относительно некоего Фернана Магеллана.

- Что вы имеете в виду, благородный дон Альвариш? - подняв брови, спросил король. - Мне не ясен смысл ваших слов.

- Ваше величество, если слухи правдивы, приняли к себе на службу Магеллана и оказали ему высочайшее доверие, назначив его начальником большой экспедиции? - почтительно осведомился дон Альвариш.

- Слухи эти совершенно справедливы, - небрежно ответил Карл. - Остается непонятным, благородный дон Альвариш, что тревожит моего царственного дядю и брата?

- Мой король, светлейший дон Мануэл, просил меня передать вашему величеству, что эта весть его удивила и огорчила, потому что Магеллан не заслуживает подобной чести. Мой король просит также передать его совет - отложить экспедицию хотя бы на год, с тем чтобы найти на место начальника одного из подданных вашего величества более достойного, чем Магеллан.

- Передайте же моему царственному родственнику, что я чрезвычайно благодарен ему за драгоценные советы и за его заботу о нашем благе.

- Кроме того, - продолжал Альвариш да Коста, - мой король выразил некоторое недоумение по поводу того, что Магеллану отказано в его просьбе вернуться в Португалию, тогда как...

- Как! - вне себя от изумления перебил сладкоречивого посланника Карл I. - О чем вы говорите, благородный дон Альвариш?! Не иначе как вы стали жертвой чьей-то неостроумной шутки! Магеллан никогда не просил моего разрешения вернуться в Португалию, он не заикался ни о чем подобном!

Удивление Карла было так велико, что Альвариш понял, что хватил через край! Версия его была столь смехотворна и невероятна, что теперь ему уже нечего ждать королевского указа об отмене экспедиции. Он выдал себя с головой, и даже неопытный молодой король понял, почему так нежелательна экспедиция Магеллана его королю Мануэлу.

Не все еще потеряно, ободрял себя Альвариш. Придется пускать в ход другие средства. И он, полный решимости, бросается в атаку на ничего не подозревающего Магеллана, занятого всеми помыслами предстоящей экспедицией.

Долго было бы перечислять все козни, все ловушки, расставленные лукавым царедворцем. Но Магеллан с удивительным терпением улаживал неприятности, возникавшие по милости его соотечественника, который прикидывался добрым другом.

Умный и проницательный, Магеллан вскоре разгадал, по чьему наущению и для чего строит ему козни дон Альвариш. Магеллану приходилось теперь затрачивать много больше сил для дел экспедиции, чем это требовалось бы без любезного содействия хитрой лисы Альвариша. А Магеллану и без того приходилось трудно. Испанцы не слишком щедро снабжали его средствами, а затрат предстояло много. Список необходимых вещей и продовольствия был велик. Неизвестно, сколько времени пробудет в море экспедиция. И опытный, предусмотрительный моряк старался запастись по возможности всем необходимым.

Испания дала ему старые суда, неказистые с виду. Но, осмотрев их внимательнейшим образом от киля до грот-мачты, Магеллан остался ими доволен. Нужен был ремонт, только и всего. И после того как корабли привели в порядок, в гавани Севильи выстроились пять белоснежных красавцев, и не было человека, который не восхитился бы ими.

Разумеется, нарядный вид флотилии здорово попортил аппетит дону Альваришу. Но у него были припасены кое-какие сюрпризы для Магеллана. Посмотрим, как-то он их примет! Альвариш заранее потирал руки от удовольствия. Однако напрасно королю Мануэлу он потом доносил:

"...Полагая, что теперь пришло время высказать то, что ваше величество мне поручило, я отправился к Магеллану на дом. Я застал его занятым укладкой продовольствия и других вещей в ящики и коробы. Из этого я заключаю, что он окончательно утвердился в своем зловредном замысле, и, памятуя, что это последняя моя с ним беседа, еще раз напомнил ему, сколь часто я, как добрый португалец и его друг, пытался удержать его от той великой ошибки, которую он намерен совершить. Я доказывал ему, что... не в пример благоразумней было бы ему возвратиться на родину, под сень вашего благоволения и милостей, на которые он может смело рассчитывать... Я убеждал его наконец уяснить себе, что все знатные кастильцы отзываются о нем как о человеке низкого происхождения и дурного воспитания и что с тех пор, как он противопоставил себя стране вашего величества, его повсюду презирают как предателя".

В письме все было сказано прямо, без обиняков. Но в беседе с Магелланом Альвариш был изысканно-вежлив. Он ничего не утверждает... он просто высказывает предположения...

Известно ли ему, Магеллану, говорил дон Альвариш, что знатный кастильский гранд, Хуан де Картахена, главный контролер флотилии, не пылает излишней симпатией к своему адмиралу? А ведь он назначен самим королем, и Магеллану с этим придется считаться. Что он может сказать по поводу Луиса де Мендосы, тоже знатного кастильца, главного казначея экспедиции, человека дерзкого и заносчивого? А нравится ли ему капитан "Консепсиона" Гаспар де Кесада? Дон Альвариш ничего не хочет сказать дурного, упаси бог, но зачем посылать с Магелланом столько полицейских офицеров, альгвасилов, эскривано (нотариусов) и вообще этакую уйму чиновников. Разве его величество Карл не доверяет своему адмиралу?

- Верьте мне, - жужжал, как назойливая муха, дон Альвариш, - испанцы предпочли бы иметь на вашем месте своего испанского дворянина, а вам, право же, было бы совсем не худо вверить себя милостям нашего короля дона Мануэла...

Магеллан молчит, и Альвариш, взбешенный, что ничем, казалось бы, не может пронять этого удивительного человека, думает про себя: "Черт бы его побрал, это насупленное ничтожество! Что, у него языка пет, что ли? Или же он воображает, что каждое его слово весит не менее золотого дуката?"

Где-то за стеной послышался крик младенца и нежный голос Беатрисы, напевающей ему колыбельную песню. Суровое лицо Магеллана светлеет, но тут взгляд его падает на дона Альвариша, и оно снова становится замкнутым, угрюмым.

- Я должен поблагодарить вас, благородный дон Альвариш, - глухо произносит Магеллан, - но ваши предостережения пришли слишком поздно. Я не вернусь в Португалию, под сень благоволения короля Мануэла, даже если испанский король, как вы изволили заметить, плохо отблагодарит меня за услугу. Я не могу отказаться от экспедиции, когда все уже готово и скоро мы покинем Севилью.

Дон Альвариш и сам это прекрасно знал. Он знал, что Магеллан в церкви Санта-Мария де ля Виктория смелым и сильным движением развернул шелковое знамя экспедиции над головами двухсот шестидесяти пяти коленопреклоненных моряков, и они принесли клятву верности.

И дон Альвариш, любезно улыбаясь, а в душе проклиная Магеллана, принужден был покинуть его, так ничего и не добившись.

А через несколько дней флотилия из пяти кораблей под грохот барабанов, с празднично развернутыми флагами вышла из гавани Севильи и еще через некоторое время покинула и гавань Сан-Лукар-де-Баррамеда. Попутный ветер подгонял корабли к последней стоянке в Старом Свете, на Канарских островах.

И тут Магеллан получил важное письмо от своего тестя, Диего Барбозы, посланное вдогонку с одним из испанских кораблей. Это было предупреждение, что среди испанских капитанов существует заговор и возглавляет его Хуан де Картахена, королевский контролер флота, капитан "Сан-Антонио", второе лицо в экспедиции после Магеллана. Диего Барбоза был всем этим озабочен. Флотилия шла под командой мужа его дочери, Беатрисы, там находился и сын Барбозы - молодой Дуарти Барбоза.

"Да, - размышлял Магеллан, склонившись над письмом, - дон Альвариш был хорошо осведомлен, не зря он сказал, что все может открыться, когда будет слишком поздно для спасения чести..."

Но экспедиция вышла в плавание. Магеллан не отступит, не такой это человек. Судьба бросила к его ногам железную перчатку, и он поднял ее, принял вызов!

предыдущая главасодержаниеследующая глава



Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, оцифровка, разработка ПО 2001–2017
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку:
http://antarctic.su/ "Antarctic.su: Арктика и Антарктика"